БТ-7

Описание

В январе 1933 года, когда осуществлялась работа над конструкторской документацией танка БТ-5, конструкторское бюро танкостроения Харьковского завода получило задание на разработку нового танка, в котором предполагалось устранить недостатки предшественников. По документации, предполагалось установить двигатель М-17 (более надёжный, чем М-5), сварной корпус с улучшенной обзорностью для механика-водителя, увеличить ёмкость топливных баков и установить башню с 76-мм пушкой. То есть предполагалось создать «ударный колёсно-гусеничный танк дальнего действия». В разработке принимала участие группа конструкторов в составе Бондаренко, Морозова, Дорошенко, Курасова, Веселовского, Таршинова. В начале 1934 года началось производство прототипа, получившего индекс БТ-7. Первый образец был готов к 1 мая 1934 года, второй - к 7 ноября 1934 года.

Боевое крещение БТ-7 получил на Халхин-Голе в составе 6-й и 11-й танковых бригад, причём последняя совершила 500-километровый марш к месту боевых действий на колёсах. В целом танки получили хорошие отзывы, однако отмечались сложность управления, требовавшая высокого уровня подготовки механиков-водителей, недостаточность броневой защиты и неудовлетворительная оснащённость средствами связи. Маршал Г. К. Жуков позже отмечал их недостатки из-за неудобства применения этих танков на песчаном грунте на колесах. Все эти недостатки подтвердились в польской кампании в сентябре 1939 года и в войне с Финляндией. С другой стороны, танк не имел себе равных в манёвренности. Танк стал гордостью и заслуженным символом автобронетанковых войск РККА в предвоенные годы, поскольку в наибольшей степени соответствовал представлению о танках как о главной ударной силе сухопутных войск.

Боевая обстановка диктовала для слабобронированного БТ-7 соответствующую тактику действий - ведение огневого боя из засад, с использованием естественных и искусственных укрытий, что увеличивало живучесть танка и позволяло подпустить вражеский танк на дистанцию, когда была возможность совершить точный выстрел (на начало Второй мировой войны не было ни одного немецкого серийного танка, способного выдержать попадание из длинноствольного 45 мм орудия: вся броня немецких танков тех лет была противопульной). Высоким потерям танков способствовал устав танковых частей, по которому и в наступлении, и в обороне стрельба с места допускалась крайне редко (поэтому к тактике танковых засад перешли только осенью 1941 года, когда было потеряно около 85 % танков).

Ещё одним фактором был недостаточный уровень подготовки экипажей. Это усугублялось тем, что в конструкцию танка вносили изменения, упрощающие производство, но усложняющие эксплуатацию. Тем не менее некоторые танкисты добились больших успехов на БТ-7. Например, 23 июня 1941 года, на третий день Великой Отечественной войны, танк БТ-7 под командованием сержанта Найдина, из засады полностью разбил колонну немецких танков. Было уничтожено 12 танков и 10 орудий. В течение этого дня танк Найдина подбил еще 3 танка.

БТ-7М, благодаря дизельному двигателю, был уникальным танком того времени, поскольку обладал большей экономичностью и был маловоспламеняем; запас хода 700 км до капремонта был в 2 раза выше, чем у лучших танков вермахта. Танки БТ-7 принимали участие в битве за Москву, Сталинград, вели бои на Северном Кавказе. В 1943 году они использовались на Ленинградском фронте, принимали участие в снятии блокады в 1944. Всю войну прослужили в тылу в учебных подразделениях. Последний раз БТ-7 принял участие в бою при разгроме Квантунской армии в августе 1945 года. Например, в составе 6-й гвардейской танковой армии, совершившей бросок через Большой Хинган, было около 211 БТ-7. Заключительным аккордом 10-летней боевой службы стал победный парад в Харбине.

По совокупности основных оценочных параметров - вооружения, маневренности и бронезащите - БТ-7 (в особенности БТ-7М) можно признать удачными танками. При этом, вопреки распространённому мнению, на момент начала Великой Отечественной войны танк БТ-7 не являлся устаревшим. Сравнение танка с его дальним «потомком» - Т-34 - в этом плане некорректно, так как эти машины относились к разным классам танков. Что же касается бронетехники вермахта, то, хотя моральное устаревание колёсно-гусеничной схемы было налицо, из тех же трёх основных оценочных параметров он превосходил немецкие танки по вооружению и маневренности, незначительно уступая в бронезащите. Собственно, на момент начала войны единственными типами танков вермахта, полностью превосходящими БТ-7 по бронированию, были Pz III и последние модификации Pz IV, лишь номинально отнесённые на тот момент к средним танкам. Опять же, учитывая разницу в классах, можно сказать, что в своём классе (лёгких танков) БТ-7 превосходил бронетехнику, имевшуюся в распоряжении вермахта. Некоторые немецкие лёгкие танки (например, поздние модификации D, E и F танка Pz II) существенно превосходили БТ-7 по бронезащите. БТ-7 имел над этими машинами превосходство в вооружении, но плохая оптика не позволяла в полной мере использовать возможности артсистемы. Факты боевого применения БТ-7 также дают основания утверждать, что на начальном периоде Войны при грамотной тактике и хорошей подготовке экипажа он мог успешно противостоять немецким танкам всех типов.

Ощутимым был и тот факт, что за пять лет серийного производства конструкцию БТ-7 достаточно хорошо отработали. Вполне удовлетворительной была и техническая надёжность танка (разумеется, при нормальной эксплуатации). Вместе с тем, эксплуатация танка в войсках выявила ряд недостатков. Часть из них устранялась в процессе серийного производства, часть же была характерна для танков с колёсно-гусеничным движителем, и являлась поэтому неустранимой. Основные нарекания вызывал двигатель М-17, в основном из-за его невысокой надёжности. Карбюраторный мотор был к тому же очень «прожорливым» - за высокие показатели мощности и запаса хода приходилось платить большим расходом ГСМ. Общая ёмкость всех бензобаков составляла 790 л, а расход топлива на 1 км при движении на колёсах достигал 1,5-1,6 л, но этот недостаток в целом был устранимым, и был полностью решен в модификации БТ-7М, обладавшим уникальным по тем временам дизельным танковым двигателем В-12 (позднее - В-2) мощностью 500 л.с. Хуже обстояло дело со специфическими недостатками колёсно-гусеничной схемы. Резиновые бандажи при движении на колёсах по шоссе с твёрдым покрытием (таким как булыжник или асфальт) начинали разрушаться уже после 100 км пробега. Значительная часть забронированного объёма «съедалась» за счёт двойного борта. Основным же неустранимым недостатком можно считать высокую сложность привода колёсного хода, который к тому же при движении на гусеницах вообще являлся бесполезным грузом. Кроме того, при испытании на НИИБТ-полигоне в Кубинке было выявлено, что на практике переход с гусениц на колёса и обратно занимает около часа, в то время как в руководстве службы значилось 25-30 минут.